Августин Соколовски
I
Церковь — это сообщество толкователей. Иногда сама последовательность церковной памяти словно предлагает ключ к событиям, о которых сохранились лишь скупые сведения.
25 сентября, в день отдания праздника Рождества Богородицы, Церковь совершает память святого мученика Феодора Александрийского. Его житие, относимое к эпохе языческих гонений в Египте, не содержит точной даты кончины. И эта «неполнота» открывает возможность для бережной всматриваемости в сохранившиеся подробности его страданий.
Святой Феодор был проповедником слова Божия в то время, когда Египет входил в состав Римской империи. Его проповедь вызвала гнев языческой толпы. Когда за ним пришли, он, предчувствуя силой благодати свой мученический час, не стал сопротивляться.
II
Александрийские язычники часто были людьми образованными. По-видимому, кто-то из них был знаком с Евангелием, что и предопределило характер истязаний. Толпа пыталась глумливо воспроизвести над святым то, что происходило со Христом в последние дни Его земной жизни: Феодора били, возложили на его голову терновый венец, надсмехались над ним. Затем, словно вспомнив, что иудеи пытались сбросить Иисуса со скалы (Лк. 4:29), язычники привели Феодора к обрыву и столкнули в море.
Но произошло немыслимое: мученик не разбился, и волны невредимым вынесли его на берег. Чудесное спасение дало язычникам повод предать страдальца властям. В этом сверхъестественном избавлении они усмотрели «магию» — а занятие волхованием и магией в Римской империи считалось не просто суеверием, но тяжёлым уголовным преступлением, каравшимся смертью. Так явное чудо Божие в глазах языческого закона превратилось в уголовное обвинение. По приказу правителя и за отказ отречься от Христа святой Феодор был обезглавлен.
III
Месяцесловы называют святого «епископом Александрийским». Однако списки архипастырей Александрии (диптихи), непрерывно сохраняемые со времён апостола Марка, точны и полностью известны — и в них нет епископа с таким именем. Первым епископом с этим именем на православном александрийском престоле станет лишь Феодор I в VII веке (607–609 гг.), а у коптов — Папа Феодор I в VIII веке (730–742 гг.).
Здесь стоит заметить, что после Халкидонского Собора — а именно с 536/537 года — в Александрии параллельно существуют две иерархии и два Патриарха. И сегодня оба первоиерарха Александрии носят имя Феодор (православный Патриарх Феодор II и коптский Папа Тавадрос II). В этом совпадении времён — почти как в сюжетном повороте постмодернистского романа — древний мученик Феодор словно сдержанно улыбается нам сквозь века, напоминая о себе и не давая забыть эту удивительную историю.
Итак, Феодор, древний мученик, не мог быть и не был епископом Александрии. Имя его в диптихах не значилось.
Почему возникло это наименование?
Возможно, проповедь мученика обладала такой силой, а его образ был настолько исполнен духовного величия, что язычники искренне приняли его за главу христианской общины.
Здесь невольно вспоминаются слова святителя Игнатия (Брянчанинова) (1807–1867) о том, что подлинное епископство христианина заключается не столько в иерархическом сане, сколько в нравственном достоинстве и безупречности жизни.
Но не скрывается ли за ошибкой язычников нечто большее — Промысел Божий?
Александрийская Церковь была первенствующей на православном Востоке вплоть до Четвёртого Вселенского Собора в Халкидоне (451). И Господь удивительным образом хранил александрийских архипастырей: в течение первых трёх веков они избегали гибели от рук язычников. Единственным епископом Александрии, пострадавшим за Христа в ту эпоху, стал святитель Пётр, убитый в 311 году и за то наименованный «печатью мучеников».
«Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих» (Ин. 15:13), — говорит Господь.
Вполне возможно, что святой Феодор, приняв на себя имя и участь епископа, спас реального архипастыря от неминуемой гибели. Он мог шагнуть навстречу смерти, предназначенной другому. И тогда ошибка язычников становится не случайностью, а частью промыслительной тайны, которую Церковь духом созерцает сквозь века.
IV
В этом контексте глубокий смысл обретает календарное соседство: память святого Феодора совершается 25 сентября, а накануне, 24 сентября, Церковь вспоминает преподобную Феодору Александрийскую.
В житии святой Феодоры ключевой мотив — добровольное принятие на себя чужого греха. В подвиге святого Феодора проступает иной, но удивительно созвучный образ — принятие на себя чужой гибели. Феодора взяла на себя чужую вину. Феодор взял на себя чужую смерть.
Не объясняя эту связь прямым текстом, Церковь бережно полагает рядом два жития, два имени и два подвига. Она оставляет нам пространство для созерцания двух граней единой любви — человека, покрывшего чужой грех, и человека, заслонившего собой чужую жизнь.