Августин Соколовски
I. Память
13 ноября (31 октября по ст. ст.) Церковь чтит память мученика Епимаха Нового, пострадавшего в Александрии во время гонения императора Диоклетиана, и его преемников. Он принадлежит к числу древних египетских мучеников, память о которых сохранил церковный календарь.
II. Имя
Имя Епимах (греч. Ἐπίμαχος) имеет древнегреческое происхождение и связано с понятием битвы, сражения. В зависимости от контекста оно может означать «снаряжённый к битве», «союзник», «поборник». В этом имени словно заключено предзнаменование будущего подвига святого, которому предстояло вступить в борьбу не с человеческим противником, но с идолопоклонством и страхом смерти.
III. Три Епимаха
В церковных преданиях и исторических исследованиях встречаются сведения о трёх мучениках, носивших имя Епимах.
Первый — Епимах Александрийский, пострадавший во время гонения императора Декия вместе с мучеником Александром. О них писал Евсевий Кесарийский, цитируя послание святителя Дионисия Александрийского епископу Фабию Антиохийскому: «Епимаха и Александра, долго просидевших в узах, перенесших „когти“ и бичевание, облили негашёной известью» («Церковная история», 6, 41, 17).
Второй — Епимах Пелусийский, известный также как Епимах Новый. Именно ему посвящена память 31 октября. Последний день месяца по юлианскому календарю – хорошая мнемотехническая привязка для запоминания этой даты. В отличие от первого мученика, казнённого вместе с мучеником Александром, он пострадал отдельно, после добровольного прибытия из Пелусия в Александрию. В церковном предании закрепилось именование «Новый», указывающее на различие между одноимёнными святыми и их почитанием.
Наконец, третий — Епимах Римский, память которого связана с мучеником Гордианом. Его мощи почитались в Риме. Вопрос о том, принадлежали ли они самостоятельному римскому мученику или одному из египетских Епимахов, остаётся предметом исторических разногласий.
Таким образом, хотя в церковной традиции прослеживаются три образа мучеников с именем Епимах, наиболее определённо различаются два египетских исповедника: Александрийский Епимах и Епимах Пелусийский, именуемый Новым.
IV. Египет
Для понимания жития святого необходимо вспомнить географию и административное устройство древнего Египта.
Епимах происходил из Пелусия — древнего города на северо-восточной окраине дельты Нила. Это был важный пограничный и торговый центр, расположенный на восточных подступах к Египту. В церковной истории город стал знаменитым благодаря святому Исидору Пелусиоту (+449), Отцу Церкви и аскетическом писателю, который оставил после себя уникальное по объему собрание писем ученикам, политическим и церковным деятелями того времени.
Крупнейшим городом страны была Александрия, основанная Александром Македонским. Она являлась важнейшим политическим, культурным и религиозным центром, в котором находилась резиденция римского правителя Египта.
В древности Египет делился на административные области — номы. Помимо Нижнего Египта, где располагались Пелусий и Александрия, существовал Верхний Египет, простиравшийся далеко на юг вдоль Нила.
Эти географические различия впоследствии имели значение и для церковной истории, в том числе для различения одноимённых святых и сохранения памяти о них.
V. Исповедание
Согласно житию, Епимах долгое время подвизался в уединении на Пелусийской горе. Поскольку это предание не вполне согласуется с традиционным представлением о Павле Фивейском как первом христианском отшельнике, а об Антонии Великом — как основоположнике египетского монашества, существует предположение, что Епимах был не одиноким аскетом, а христианским правителем одного из египетских номов. Само по себе это свидетельствовало бы о достаточно широком распространении христианства в Египте уже в III веке.
Узнав о начавшемся гонении на христиан в Александрии, Епимах отправился в город. Там он увидел, как христиан подвергают истязаниям и принуждают приносить жертвы языческим богам. Не желая оставаться безучастным свидетелем происходящего, Епимах приблизился к языческому жертвеннику и опрокинул его. После этого он открыто объявил себя христианином.
Правитель Александрии приказал подвергнуть святого пыткам. Однако Епимах не только сам оставался непреклонным, но и укреплял находившихся в темнице христиан, призывая их не страшиться мучений и не отрекаться от Христа.
Его проповедь оказалась настолько действенной, что даже некоторые тюремные служители обратились ко Христу. В житийном повествовании говорится также о мученичестве обращённых им стражников.
VI. Свидетельство
Во время истязаний святого произошло чудо. Среди присутствовавших находилась женщина, слепая на один глаз. Капля крови мученика попала ей в поражённый глаз, после чего она прозрела. Это чудо стало ещё одним свидетельством силы Божией, явленной через страдания исповедника. Женщина уверовала во Христа.
Сам же Епимах продолжал переносить мучения, не отступая от своего исповедания. В конце концов правитель приказал обезглавить его. Так завершился земной путь человека, который добровольно оставил уединение ради исповедания Христа среди преследуемых христиан.
VII. Свобода
В поступке Епимаха есть обстоятельство, заслуживающее особого внимания. Он не был схвачен случайно, не оказался перед судом вследствие доноса или невозможности скрыться. Узнав о гонении, он сам отправился навстречу опасности и добровольно явился к правителю.
В этом поступке можно увидеть не только бесстрашие исповедника, но и особое понимание христианской свободы. Епимах не позволил гонителям определить, когда и каким образом ему следует свидетельствовать о своей вере. Он сам сделал выбор, последствия которого прекрасно понимал.
Здесь уместно вспомнить святого Максимилиана Кольбе (1894-1941), принявшего смерть в Освенциме вместо другого заключённого. Внешне эти обстоятельства совершенно различны, однако в обоих случаях проявляется готовность человека отдать собственную жизнь, не считаясь с её ценой.
Разумеется, житие Епимаха не сообщает, что он заменил собой какого-либо конкретного человека. Но его поступок позволяет поставить вопрос: не было ли в его добровольном принятии мученичества желания послужить спасению других? Ведь он не только сам исповедал Христа, но и укрепил заключённых, обратил ко Христу тюремных служителей и стал причиной обращения женщины, получившей исцеление.
Возможно, его жертва была обращена не только к тем, кто видел его мучения, но и к тем, кого он стремился привести ко Христу.
VIII. Приглашение
В каком-то смысле история Епимаха вызывает литературную ассоциацию с романом Владимира Набокова «Приглашение на казнь».
Герой романа оказывается в положении человека, которого общество заранее обрекло на смерть. Его словно приглашают принять участие в заранее устроенном спектакле собственной казни. Однако в финале он освобождается от власти этого мира, оставляя позади его условности и призрачные декорации.
С Епимахом происходит нечто иное, но в некотором отношении противоположное. Его не приходится приглашать на казнь: он сам приходит к тем, кто способен его казнить. Он добровольно вступает в пространство, где человеческая власть распоряжается жизнью и смертью, но не может распоряжаться верностью человека Богу.
Если у Набокова герой уходит от навязанной ему казни, то христианский мученик сам идёт навстречу смерти, чтобы обрести свободу во Христе.
Здесь обнаруживается удивительный парадокс: тот, кто добровольно принимает смерть, оказывается свободнее тех, кто считает себя властителем чужой жизни.
IX. Победа
Епимах Новый — один из тех древних святых, чьё житие напоминает, что христианское свидетельство не всегда начинается с того, что человека находят гонители. Иногда он сам выходит им навстречу.
Но его подвиг не сводится к личному бесстрашию. Важнее то, что его присутствие укрепило одних, обратило других и стало свидетельством для многих.
Он пришёл в Александрию, чтобы разделить участь гонимых христиан, а в итоге сам стал причиной обращения людей ко Христу.
Так мученик, которого ожидала казнь, оказался не пленником обстоятельств, а свободным свидетелем истины. Смерть, предназначенная для устрашения верующих, обратилась в проповедь о победе жизни над смертью.