Августин Соколовски
16 июля по юлианскому календарю Церковь празднует память святого Анатолия Константинопольского (†458). Эта память следует сразу за памятью другого великого патриарха древней Церкви — святого Ювеналия Иерусалимского (ок. 380–458), которая совершается накануне. Одновременно этот день знаменует собой начало второй половины лета. Такая последовательность не случайна. Она позволяет увидеть логику церковной благодарности тем великим личностям, через которых Господь вел Свою Церковь, а одновременно через привязку к времени — легче воспринимать и запоминать даты памяти святых.
Святой Анатолий — один из тех редких святых, о личной биографии которых почти ничего не известно. Мы не знаем подробностей его внутренней жизни, его духовного пути, его личных переживаний. Известны лишь главные обстоятельства его церковного служения. Получается, что его личная святость как бы сокрылась под покровом того дела, которое он совершал для Церкви. И в этом есть особая черта его памяти: человек почти исчезает за тем, что было ему поручено Богом.
Чтобы понять значение Анатолия, важно обратиться к обстоятельствам того времени. Он был александрийцем. В те века Александрия была не просто большим городом, а одним из главных духовных и богословских центров христианского мира. Здесь истолковывалось Священное Писание, формировались богословские понятия, рождались великие церковные учения. Но, как это часто бывает с большими центрами мысли, здесь же возникали и заблуждения, которые Церкви приходилось преодолевать.
Анатолий был учеником, а возможно и родственником святого Кирилла Александрийского (ок. 376–444), одного из величайших Отцов Церкви. Именно Кирилл рукоположил его во диакона и направил своим представителем в Константинополь. Так человек из древней апостольской столицы оказался в самом центре церковной и имперской жизни.
Но именно здесь ему пришлось пройти через тяжелое испытание. После смерти Кирилла его преемник Диоскор Александрийский (ок. 390–454) поддержал архимандрита Евтихия, распространявшего ложное учение о Христе.
В 449 году в Эфесе состоялся собор, который впоследствии получил название Разбойничьего. Его решения были отвергнуты Церковью. Православные епископы подверглись преследованиям, а святой Флавиан Константинопольский вскоре скончался от последствий пережитого насилия.
После этого Анатолий был поставлен на Константинопольскую кафедру. Расчет Диоскора и его сторонников был понятен. Они надеялись, что александриец, связанный с ними происхождением, ученичеством и благодарностью, станет их человеком в столице Империи.
Но произошло обратное.
Именно здесь проявился главный подвиг Анатолия. Он сумел преодолеть искушение родством, благодарностью и человеческой близостью. Он сказал «нет» тем, кто когда-то возвысил его, ради истины. Иногда именно это простое слово становится самым трудным духовным подвигом.
В 451 году на IV Вселенском Соборе в Халкидоне было утверждено православное учение о Христе: две природы — божественная и человеческая — пребывают в Нем неслитно, неизменно, нераздельно и неразлучно.
Эта формула стала не просто богословским определением. По сути, она стала одним из величайших утверждений христианства о самом человеке. Человеческая природа во Христе была признана подлинной, способной к соединению с Богом, а значит — имеющей вечное достоинство и бесконечную перспективу совершенствования.
Но Халкидон изменил не только богословие. Он изменил и церковное устройство. Именно тогда Константинополь получил положение одного из великих патриархатов и первое место среди восточных кафедр. Возникла система пяти патриархатов — Пентархия.
И здесь история вновь оказалась сложной. Если в отношении христологии решения Халкидонского Собора были подлинно благотворными для всей Церкви, то в отношении церковной организации они создали новую систему отношений, которая на протяжении веков стала источником многих споров.
Благодаря Анатолию Константинопольская Церковь сохранила единство со Вселенским Православием. Вместе со святыми Львом Римским (ок. 390–461), Ювеналием Иерусалимским (ок. 380–458) и Протерием Александрийским (†457) он вошел в число тех великих личностей, через которых Церковь сохранила верность халкидонскому исповеданию.
Лев был великим богословом, чьи формулировки во многом легли в основу решений Собора. Протерий, поставленный вместо низложенного Диоскора на Александрийскую кафедру, был убит противниками Халкидона и стал одним из первых мучеников этого разделения. Ювеналий Иерусалимский благодаря своей твердости сохранил Палестинскую Церковь в единстве с Православием.
Анатолий же остался в памяти Церкви как человек, который преодолел собственное происхождение. Для человека Востока, где родственные связи и благодарность имеют особую силу, это было особенно трудно. Но именно способность поставить истину выше всего человеческого стала его лестницей к святости.
В 457 году Анатолий короновал императора Льва I (457–474). Незадолго до этого преподобный Даниил Столпник (409–493) исцелил его от тяжелой болезни. В богослужебных книгах сохранились написанные Анатолием стихиры. Иногда они даже подписаны не его именем, а словом «Восточный» — по буквальному значению имени Анатолий.
3 июля 458 года Анатолий отошел ко Господу. Ученики патриарха были убеждены, что он был убит последователями Диоскора Александрийского. Сторонники же Диоскора утверждали, что он погиб во время землетрясения. Возможно, даже это противостояние вокруг его смерти стало своеобразным отражением трагедии разделенной Церкви.
Но главное осталось неизменным. Святой Анатолий вошел в историю не благодаря известности своей личности, а благодаря верности в решающий момент. Его жизнь показывает, что иногда величайшее служение человека состоит именно в способности исчезнуть перед лицом истины. И тогда личность, почти скрытая историей, становится частью вечной церковной памяти.