Августин Соколовски
I. Исторические обстоятельства и хронология
29 декабря (16 декабря по старому стилю) Церковь празднует память святой Царицы Феофано. Дата рождения Феофано неизвестна. Всего она прожила около тридцати лет. В 881 году, по воле императора Василия I, Феофано сочеталась браком с будущим императором Львом VI (866–912) Мудрым. Жизнь самого Льва также была недолгой: он прожил всего сорок пять лет, из них двадцать пять (886–912) — на троне.
II. Император Лев VI Мудрый
Император Лев вошёл в историю с именем Мудрого. Обладая огромной светской и церковной эрудицией, он был автором трактатов, юридических постановлений и даже богослужебных текстов. Его влияние на церковную жизнь и православную традицию было поистине огромным.
Достаточно вспомнить храм святого Лазаря в Ларнаке на Кипре. С именем Льва VI связано его восстановление, и память об этом императоре до сих пор сохраняется в самом храме. Более того, имя Льва Мудрого продолжает звучать за богослужением: он поминается во время Великого входа. Таким образом, его присутствие в церковной жизни не ограничивается страницами исторических хроник.
Не менее значителен его вклад в развитие церковного права. Именно с законодательством Льва VI связано окончательное ограничение числа церковных браков: даже в порядке крайнего снисхождения допускалось не более трёх, тогда как четвёртый брак был запрещён. Это решение имело далеко идущие последствия для православного понимания брака и его канонических границ.
Наконец, Лев VI был автором богослужебных песнопений. В частности, ему приписывается знаменитая стихира вечерни дня Пятидесятницы:
«Придите, люди, Триипостасному Божеству поклонимся».
Это произведение, колоссальное по своей богословской глубине, представляет собой удивительно точное и краткое изложение учения о Троице святителя Григория Богослова (329–390).
С этой стихирой связана и особая страница жизни Русской Православной Церкви в XX веке. Прежде всего вспоминаются монастырская традиция Свято-Троицкой Сергиевой лавры и бессмертное звучание хора архимандрита Матфея (Мормыля). В день Пятидесятницы, за вечерним богослужением, эта стихира исполнялась голосами лаврских певчих с такой мощью и глубиной, что трудно подобрать слова для описания производимого ею впечатления.
Возможно, именно сочетание празднования Пятидесятницы с этим исключительно выразительным прославлением Троицы, наряду с другими богословскими и литургическими причинами, способствовало тому, что в русской церковной традиции праздник получил привычное нам наименование Троицы.
Так или иначе, Лев VI Мудрый — фигура поистине колоссального значения для Православия. И в этом отношении его имя вполне соответствует оставленному им наследию.
Однако рядом с этим великим императором стоит другая фигура, без которой рассказ о нём был бы неполным. Это его супруга — святая Феофано.
III. Брак, не ставший счастьем
Феофано была образованна, красива и благочестива. Прежде чем стать женой наследника престола, она победила в состязании среди многих невест. Говорили, что всех тогда удивил её маленький размер обуви. Так она стала прообразом Золушки.
Однако семейная жизнь не принесла ей счастья. Уже к моменту свадьбы у Льва была другая женщина. Сам император объяснял это тем, что брак с Феофано был ему навязан приёмным отцом — императором Василием Македонянином (811–886).
Получается удивительный и даже в некотором смысле парадоксальный контраст: человек, оказавший столь значительное влияние на церковную жизнь, богословие, богослужение и каноническое право, оказался неспособен построить счастливую семейную жизнь.
В последние годы жизни Лев смещал и поставлял патриархов в связи со своими бракоразводными процессами. История его браков и церковных споров вокруг них сама по себе заслуживает отдельного внимания. Но уже здесь возникает вопрос: насколько непросто бывает человеку, обладающему огромными знаниями и властью, исполнить то, что, казалось бы, должно быть доступно каждому христианину, — сохранить любовь и верность в собственной семье.
IV. Испытания и кончина
Когда Лев впал в немилость у Василия и оказался под арестом, Феофано разделила с супругом трёхлетние тяготы заключения. В 892 году умерла их юная дочь Евдокия. А в 895 году, после болезни, скончалась и сама Феофано.
В своих письмах духовнику она рассказывала о нелюбви царя-супруга, его немилости и жестокосердии. Несмотря на тяжёлую семейную жизнь, Феофано успела проявить себя в делах благочестия.
Здесь, пожалуй, и открывается одна из самых важных сторон её жития. Мы привыкли искать небесных покровителей для самых разных обстоятельств человеческой жизни: для семьи, бизнеса, профессионального труда, даже для отдельных ремёсел и занятий. Но существует ли покровительница для тех, кто, находясь в браке, остаётся одиноким? Для тех, кто формально не лишён супруга, но фактически лишён его любви, внимания и участия?
Житие Феофано позволяет увидеть в ней именно такую небесную заступницу.
В этом смысле невольно вспоминается известная песня группы Rammstein «Ohne dich». Её рефрен — «Ohne dich kann ich nicht sein» («Без тебя я не могу жить»), за которым следует ещё более горькое признание: «Mit dir bin ich auch allein» («С тобой я тоже одинок»). В этих словах заключён парадокс одиночества внутри отношений: человек рядом, но его присутствие не избавляет от одиночества. Иногда, напротив, именно близость другого человека делает это одиночество особенно мучительным.
История Льва и Феофано — не просто пример того, как семейная жизнь однажды может не сложиться. Это ещё и свидетельство того, насколько часто человеческие ожидания счастья разбиваются о реальность супружеских отношений. И насколько важно при этом не потерять собственную душу.
V. Посмертное прославление
«Забудет ли женщина грудное дитя своё, чтобы не пожалеть сына чрева своего? Но если бы и она забыла, то Я не забуду тебя», — говорит пророк Исаия (Ис. 49:15).
Это слово сполна исполнилось на Феофано. Господь прославил место её упокоения знамениями и чудесами. Судя по всему, со временем свою неправоту перед ней признал и сам император Лев.
Вскоре после её смерти он пожелал прославить Феофано в лике святых. Однако времени с момента её кончины прошло слишком мало, и Церковь не поддержала такую поспешность.
Тогда Лев воздвиг в Константинополе храм в её память и посвятил его Всем Святым, просиявшим от века. Исследователи связывают именно с этой церковью начало весеннего празднования в честь Всех Святых в Православной Церкви в первое воскресенье после Пятидесятницы. Среди этих святых император, очевидно, подразумевал и Феофано. Если она среди святых, а она среди них, то этот храм посвящен и ей. Во все времена цари дарили своим возлюбленным дворцы, Лев подарил церковь. И здесь вновь обнаруживается удивительное противоречие: император, не сумевший сделать свою супругу счастливой при жизни, после её смерти стремился к её прославлению. Это было поздним осознанием собственной неправоты, попыткой выразить уважение той, чью любовь и преданность он не сумел или не захотел оценить вовремя.
VI. Духовный смысл жития
Имя Феофано переводится как «Богоявление». Блаженная царица, явившая в своём житии кротость Божию, несомненно, ходатайствует за всех тех мужей и жён, кто, даже состоя во внешне благополучном законном браке и имея все основания для счастливой жизни, претерпел немало скорбей.
Вспоминая её, невозможно не задуматься и о словах Отца Церкви святого Августина о браке, его нерасторжимости и таинственном достоинстве. Христианский брак призван быть не просто совместным существованием двух людей, но единством, которое сохраняется и освящается верностью. Однако сама по себе нерасторжимость ещё не означает, что в семье непременно присутствуют любовь, взаимность и счастье. Августин считал, что брак нерасторжим. Следуя мысли Апостола Павла, он видел в браке отражение союза Христа и Церкви, воплощенное в человеческом единстве. По мысли Отца Церкви, брак становится таинством не просто в силу самого факта заключения брачного союза, а лишь тогда, когда он действительно сохраняется нерасторжимым до конца земной жизни.
Именно здесь образ Феофано приобретает особую глубину. Лев Мудрый оставил Церкви богословские, литургические и канонические труды, его имя продолжает звучать в православном богослужении, а его наследие пережило века. Но, пожалуй, одним из самых значительных и парадоксальных свидетельств его жизни стала женщина, которую он не сумел сделать счастливой.
Так он оказался причастен к рождению святой – почти что «спродюсировав» её святость, сам при этом не став святым. В этом есть своя горькая ирония: порой мы становимся невольными творцами чужой святости, сами так и не преображаясь. Воистину, «с тобой я тоже одинок», как поется в балладе.
И здесь, возможно, заключён главный урок жития Феофано. Святость не всегда рождается в обстоятельствах, которые мы привыкли считать благоприятными. Она может созревать и в скорби, и в одиночестве, и в браке, который не стал источником счастья. Человеческая нелюбовь не способна отменить Божию любовь, а земная несправедливость не может лишить человека небесного достоинства.
Поэтому Феофано достойна того, чтобы быть любимой не только народом Константинополя, но и нами. Особенно теми, кто однажды обнаружил, что даже рядом с самым близким человеком можно оставаться одиноким. Для таких людей её житие — не просто повествование о давно минувших временах, но свидетельство того, что Господь не забывает человека, даже если его забывает тот, кто обещал любить его всю жизнь.